— Куда же делась эта девчонка? — закричал Жиль; оказалось, что он ничуть не уступает своим братьям в силе голоса. — Лизет! Лизет! Куда ты запропастилась? Сэр Джеймс уже здесь. Лизет!

— Иду! — донеслось откуда-то сверху. Отозвавшийся голос, хотя и был женским, чем-то напоминал голоса всего семейства де Мер. Эти люди обладали удивительной способностью дать знать о себе, несмотря на шум и расстояние, практически из любой точки замка.

— Она младше всех нас, кроме Кристофера, — сказал Жиль Джиму, словно извиняясь. — Ей трудно усидеть на месте даже минуту. Сейчас она спустится. Я сказал ей, что хочу познакомить ее с тобой. И отец ей говорил, чтобы она повидалась с тобой как можно скорее — и с тобой, и c Дэффидом, и с Брайеном, но Брайена она уже видела.

Ощущая, как завтрак утрамбовывается у него в желудке, Джим кивнул. Он приготовился к предстоящей встрече, пытаясь представить себе, как может выглядеть женский вариант де Мер с их квадратными подбородками и крючковатыми носами.

— Вот и я, — послышался звонкий девичий голос за спиной у Джима. Он было обернулся, но девушка уже оказалась рядом с ним, и он мог видеть ее, лишь немного повернув голову.

Сестра Жиля оказалась совсем не такой, как ожидал Джим.

В отличие от своих родственников мужского пола, она была хрупкого сложения и могла бы показаться среди них совсем чужой. Однако глубоко посаженные черные тюленьи глаза и соломенного цвета волосы, совсем как у у Жиля, выдавали ее принадлежность к семейству де Мер.

За два года, проведенные в этом мире, Джим научился с первого взгляда, по одной одежде, узнавать, какое положение в обществе занимает стоящий перед ним человек. Лизет носила красно-коричневое платье до полу высоким круглым воротником. Две толстые косы лежали на ее изящных плечах.

Платье, по моде четырнадцатого века, облегало торс и переходило в обширную юбку. От наметанного взгляда Джима не укрылась одна деталь: ткань юбки сзади немного протерлась — верный признак того, что ее хозяйка питает пристрастие к верховой езде.