– Как себя чувствуют драконы, Джак?

– Хорошо, капитан. Несколько подавлены, как понимаете. Особенно Пурпурно-Зеленый – он тяжело переносит все это. Они были близки с Хвостоломом с самого начала. Еще до того, как я поступил на службу.

– Именно благодаря Базилу Хвостолому Пурпурно-Зеленый вступил в легион, – отозвался Свейн.

– Так что есть небольшие трудности. Они легко впадают в угрюмость.

Тут какой-то здоровяк отделился от толпы и окликнул Лагдален.

– Дядюшка Иапетор! – воскликнула она. Старый Иапетор, в прошлом заслуженный морской капитан, тепло приветствовал остальных.

– День скорби, несчастный повод для встречи, возможно, но я горд знакомством. Любой друг Релкина из Куоша – друг Иапетора из Марнери.

– Рады встрече с вами, сэр.

Свейн уже собирался, извинившись, проститься, когда две новые фигуры, облаченные в военные плащи, появились перед ними. Золотые звезды горели на отворотах воротников их мундиров. Пересчитав нашивки, Свейн прошипел Джаку на ухо:

– Генералы!

Оба драконопаса вытянулись с небывалым старанием.

Генерал Кесептон отсалютовал в ответ не менее четко:

– Вольно, – и повел рукой в сторону своего коллеги:

– Это генерал Хант. Он ведает снабжением здесь, в Марнери. Генерал, это мой внук, Холлейн Кесептон, со своей женой Лагдален.

– Мое почтение, капитан, леди.

Генерал Кесептон уже разглядывал двоих драконьих мальчиков и успел прочесть номер на сияющей меди, прикрепленной к их фуражкам.

– А также, генерал, мы имели честь ответить на приветствие двух воинов боевого Сто девятого марнерийского.

Хант поднял глаза:

– Неужели?

– Да, генерал Хант, это драконир Свейн и драконир Джак. Джак ухаживает за Альсеброй, бездетной шелковисто-зеленой драконихой, известной своим боевым мастерством.