Но это были элдрены из другого места и другого времени. Они казались чем-то расстроенными. Между ними и летающими в небе драконами была какая-то связь, но я не понимал смысла этой связи, хотя сохранил эхо памяти (или ее предчувствие, что для меня одно и то же). Я попытался заговорить с одним из своих компаньонов, но они вроде бы и не замечали, что я рядом. Вскоре после этого оказалось, что я отошел от них и стоял на стеклянной равнине без горизонта. Равнина изменила свой цвет с зеленого на голубой и снова на зеленый, как будто она только что была создана и цвет еще не установился окончательно. Со мной разговаривало некое существо, ошеломляюще красивое, с золотистой кожей, кроткими и ласковыми глазами. Почему-то я был фон Беком. Слова не имели для меня никакого смысла, так как были обращены не к тому человеку. Я попытался рассказать этому существу всю правду, но язык не шевелился. Я был статуей, изваянной из того же стекла, что и вся равнина.

- Мы потеряны, мы последние, мы недобрые. Мы - Воители Края Времени. Мы холод, остановка, мы глухие, немые и слепые. Замерзшие силы судьбы, ветераны психических войн...

Я снова увидел этих отчаявшихся солдат. Они стояли вдоль иззубренного утеса, возвышавшегося над страшной бесконечной бездной. Может быть, они обращались ко мне? Или просто к любому прохожему, присутствие которого ощутили?

Я заметил человека в черных и желтых доспехах. Он скакал на крупной вороной лошади по мелководью. Я позвал его, но всадник либо не услышал меня, либо решил не откликаться.

Внезапно я увидел лицо Эрмижад и услышал громкую декламацию:

- Шарадим! Шарадим! Шарадим! Помоги нам, Шарадим! Освободи Фардрейка! Освободи дракона, Шарадим, и освободи нас!

- Эрмижад!

Я открыл глаза и обнаружил, что выкрикиваю ее имя в лицо встревоженного Эриха фон Бека.

- Проснитесь, - сказал он. - Думаю, мы уже добрались до площадки Мессы. Пошли посмотрим!