В современной книге "списка опечаток" нет, а самих опечаток множество – тех, которые спел-чекер не ловит ("сел" вместо "съел"). В книгах же, переведённых в электронный формат, опечатки – явление практически неизбежное и неистребимое, неважно, получена книга с платного ресурса или из пиратской библиотеки. Про е-прессу, форумы и блоги можно и не растекаться по древу – всяк читающий знает.

Да и на слух речь стала не той. Прежде дикторы радио и телевидения задавали тон: безупречное, пусть и суховатое построение фразы, помноженное на безупречную, пусть и малоэмоциональную дикцию. Иначе и не мыслилось. Но телеканалов было - раз-два и обчёлся. И радио – первая программа, вторая (бывший "Маяк") плюс – для счастливчиков, живших в зоне уверенного приёма, – третья.

Сегодня же и телеканалов, и радиостанций – как блох на уличной собаке. Где на всех напастись редакторов и дикторов? Плюс темпы, минус минимизация расходов, а в результате с общероссийского, претендующего на "главность" канала слышен провинциальный говорок: "Жертвами авиакатастрофы стало более сто пятьдесят человека".

Придирки, буквоедство и крохоборство! Язык не цель, а средство, грамотность лишь инструмент. Ну, не склоняют ведущие теленовостей числительные, но ведь и так всем всё понятно, разве нет?

Понятно, конечно. Некоторые утверждают, что понятно настолько, что телевизор можно и не включать: ничего непонятного в ближайшие полгода мы не увидим и не услышим. Но что понятно и кому понятно? Говорящему понятно одно, слушающему – другое, и потому возможно непонимание, порой – трагическое.

Ясно, что расширение производственной базы СМИ не могло пройти без издержек и потерь – аналогия с индустриализацией тридцатых годов, когда к станкам пришли крестьяне. В крестьянском хозяйстве миллиметров не водилось, больше вершки, аршины и сажени. Потому и с микрометром обращаться было не с руки. Точность страдала, страдало и качество изделий, детали подгоняли друг к другу кувалдой, винты вкручивали с перекосом, обувь тридцать восьмого размера не налезала на стопу размера тридцать пятого. Моторы глохли, редкий трактор дорабатывал до середины ресурса без капремонта.