— Поппи, это Лайам Ренфорд, тот самый господин, который вычертил карты, принесшие нам богатство! Ренфорд, это Поппи, моя жена.

— Сэр Лайам, — негромко произнесла Поппи. На губах ее заиграла легкая улыбка.

— Увы, леди Неквер, я не рыцарь, — вежливо поправил ее Лайам. Он уже успел привыкнуть к обыкновению южан обращаться с титулами более чем вольно.

Внезапно Неквер шумно вздохнул, словно разговор ему надоел, развернулся на каблуках и двинулся прочь. Лайам с легким недоумением посмотрел ему вслед. Однако леди Неквер вовсе не выказала намерения удалиться. Более того, она с интересом рассматривала Лайама. У нее были невероятно огромные глаза — синие и немного печальные.

— Так это вы повинны в том, что мой муж оставил меня так надолго, сэр Лайам?

На этот раз Лайам предпочел пропустить титул мимо ушей.

— Боюсь, мадам, вы правы. Я действительно вычертил несколько карт для вашего мужа, но если бы я знал, что они причинят вам боль, разлучив вас с супругом, я ни за что не стал бы этого делать.

Лайам и вправду сообщил ее мужу один секрет, о котором здесь вряд ли кому было известно. Альекир и Фрипорт — главные партнеры Таралона по морской торговле — лежали к западу от его берегов. Но и к югу и к востоку от Таралона также имелось множество городов, обделенных вниманием саузваркских торговцев. Плавание по Колиффскому океану в силу многочисленных предрассудков внушало морякам суеверный страх. Лайам неоднократно добирался до тех краев сушей, но он знал, что существуют и морские пути. К концу лета Лайам вычертил добротные карты этих путей и решился продать их подходящему человеку. Он выбрал Неквера — прежде всего потому, что тот был выходцем из Фрипорта и, возможно, не разделял суеверий своих нынешних земляков.