— У меня расческу сперли, старик, — напомнил Сумкин. — есть хорошо аргументированное мнение: как следует убедиться в сохранности нашего барахла. Предлагаю начать именно с этого. Для чего предлагаю уединиться с указанным барахлом и провести тщательную инвентаризацию. А потом будем искать Шпунтика и Нику.

— И где ты предполагаешь их искать?

Чижиков демонстративно огляделся.

— А в самолете, старик, в самолете! хотя лично ты можешь вылезти наружу и осмотреть самолет с крыла. Шучу-шучу, ха-ха, ха-ха, не надо на меня так смотреть… Вот проверим барахло и пройдемся через весь салон в танце: ты к носу, а я в хвост, будто нам обоим враз в туалет приспичило, — мне, кстати, и в самом деле хочется! — а попутно внимательным оком окинем сонную пассажирскую массу. Не исключены забавные открытия, старик! Например, Ника, вновь перекинувшаяся в маленькую девочку, спит, свернувшись калачиком, с любимой куклой под щекой… Кстати, в двух словах поясни мне доходчиво, что имел в виду наш прозрачный друг, когда сказал, что Ника — не человек? Мне ведь не послышалось? А то вдруг это только у меня в голове прошелестело.

— Не послышалось, — подтвердил Котя. — Я слышал то же самое. Но только, Федор, для меня это так же загадочно, как и для тебя, хотя я знаю Нику чуть дольше… Что ни говори, а нечеловеческие свойства у нее всегда были. Взять хотя бы само превращение: бац — и уже девка взрослая… Человек так не может. — Ну-ну, — криво усмехнулся Сумкин. — Будущее, старик, оно знаешь какое! Кого хочешь перекорежит. Тем более у них там мир рушился: тут не то что в девку, в мужика с лысиной и пивным брюхом перекинешься — и бежать, бежать, бежать!.. Но согласен, как-то это не по-человечески. ладно, давай по плану действовать. осмотрю свой скудный скарб.

С этими словами великий китаист, кряхтя, поднялся с кресла и ушел на свой ряд. Чижиков уложил на освободившееся место узел со шмотьем, развязал и погрузился в детальное обследование вещей.