Котя не знал, как должен выглядеть террорист, пытающийся пересечь границу по поддельным документам, или же человек, везущий контрабанду, которую до сих пор не обнаружили, но надеялся, что не похож ни на того, ни на другого. Основания для волнения, то есть маленькая контрабанда, у Чижикова были, и потому он старательно контролировал выражение лица: сижу, никого не трогаю, примус починяю. И чуть завидовал пограничнику, лицо которого было непроницаемым, судя по всему, с самого рождения, — такой твердости черт Чижикову видеть еще не приходилось.

— Ваша виза? — терпеливо повторил пограничник по-английски, с сильным акцентом. — Где ваша виза? У вас нет китайской визы?

Котя вытащил из сумки распечатку, что по электронной почте прислал ему Дюша Громов, и молча двинул ее к пограничнику. Тот бумагу сцапал и погрузился в изучение. Просторный зал, где происходило пересечение границы, был полон людьми. Здесь было стоек, наверное, двадцать, и перед каждой стояла небольшая очередь из прибывших. Опытный Сумкин сразу увлек Котю в ту очередь, что уходила под красную надпись «Для иностранцев», а когда Чижиков спросил, почему сюда также идут и люди с ярко выраженными неевропейскими лицами, с усмешкой пояснил, что азиаты бывают разные и живут в разных странах, а не в одной только Китайской Народной Республике. «Но вот что я здесь люблю, старик, так это порядок! — поделился великий китаевед. — Все стоят именно в той очереди, в которой положено, и едва очередь превышает разумные пределы, тут же появляются еще погранцы и открывают еще стойки. Дабы народ не толпился и следовал в Китай с удовольствием и хорошим настроением, которые вместе так способствуют радостной и вдохновенной трате трудовых сбережений. Театр, старик, начинается с вешалки!»

— Вы… — Пограничник покончил с изучением бумаги и поднял глаза на Чижикова. — Мистер Чичжикоф, вы… приехали по приглашению компании… — Тут он снова уткнулся глазами в бумагу и попутно зашевелил губами.