На плечо Зенора легла чья-то легкая рука, и он обернулся посмотреть, кто же это такой. Как он и думал, это оказался Джофри, арфист Кемпа. Зенор улыбнулся молодому человеку, который на протяжении шести месяцев каждое утро учил его и его друзей. Арфисты были на Перне учителями, архивариусами, переносчиками новостей, а порой и судьями. Что же касается Джофри, подмастерья цеха арфистов, то он был таким же хорошим учителем, как и музыкантом.

Вскоре Джофри предстояло возвратиться в Дом арфистов, чтобы пройти посвящение в степень мастера. После этого он окажется слишком важной персоной, чтобы вернуться в такой маленький кемп, как этот. Зенор был уверен, что его отправят в большой холд — может быть, даже в Кром, — где он будет не только учить тамошних детей, но и примет на себя контроль за деятельностью всех подмастерьев-арфистов, которых рассылают по мелким поселениям и кемпам, отпочковывающимся от большого холда по мере расширения его территории.

Конечно, могло оказаться и так, что новый арфист будет знать о целительстве больше, чем Джофри, который вынужден был признать, что в вопросах лечения главным авторитетом кемпа оставалась Силстра, самая старшая сестра Киндана, а вовсе не он. Зенор сглотнул подступивший к горлу комок, вспомнив о том, что с приближавшимся караваном ехал и будущий муж Силстры. А став женой кузнеца, Силстра навсегда покинет Наталон-кемп.

— К тому времени, — с ехидной усмешкой ответил Тарик, — тебя здесь не будет.

— Дядя, — вмешался Наталон, спеша в зародыше пресечь начинавшуюся перепалку, — время там или не время, но это было мое решение.

Наталон снова повернулся к Зенору.

— Беги к женщинам и скажи, чтобы принимались за стряпню, потому что скоро прибудут гости.

Зенор кивнул и с удовольствием рванулся с места, не желая больше слушать ворчание Тарика. И, уже удаляясь, услышал голос Данила, перекрывший общий гомон: