- Там кто-то живёт! - прошептал пупс.- Я слышал вздохи и кашель. Это, наверное, какая-нибудь дальняя родственница из провинции, которую заперли в кладовке и забыли про нее. А она забаррикадировалась и ждёт, на кого бы наброситься.

- М-может, мы туда не пойдём? - задрожали зайцы.

Кукла Оля недоверчиво покосилась на Куклаваню:

- Ты всё придумал, пупс! Ты большой фантазёр и лгунишка.

- Что ж,- оскорбился Куклаваня,- когда-нибудь я прославлюсь и тебе станет стыдно, что ты меня недооценивала.

В коридоре было темно, и только несколько лучиков света пробивалось в щели. В воздухе танцевала пыль. Она то взлетала под потолок, то, слипаясь в большие белые хлопья, оседала на полу. Впечатление было такое, что идёт снег. Это было очень красиво, но свербило в носу.

- А-а-а-апчхи! - чихнул один из зайцев, кажется, Трувор.

Первооткрыватели вздрогнули и присели от неожиданности.

- Т-шшш! Чуланная родственница услышит! - Куклаваня поднес палец к губам.

Зайцы послушно закивали, и даже кукла Оля, раскрывшая было рот, чтобы возразить Куклаване, почему-то промолчала.

Прокравшись по коридору, храбрые путешественники подошли к кладовке. Оттуда не доносилось ни звука.

- Будем исследовать! - прошептал Куклаваня и прильнул к двери ухом.Родственница небось притаилась... А потом она - АМ! - и набросится!

И Куклаваня показал, как именно бросаются дикие необузданные родственницы. Это выглядело так многообещающе, что зайцы тихонько вздохнули и задрожали, вцепившись друг в дружку.

- Что-то я ничего не слышу! - пожаловался пупс.- Она, должно быть, так тихо притаилась, что и не дышит! Знаем мы эти фокусы! Какая хитрюга! Давайте её вспугнем!

Все по знаку Куклавани завопили, кто как мог. <У!>- завыла Оля. <Ого-го-го!> - тихонечко закричали зайцы, которым в глубине души хотелось надеяться, что никакой родственницы в кладовке и нет вовсе.