вида.

И вновь драконы доказали, что не зря

носят имя разумных существ. Устоявшаяся

структура биологической, ориентированной на

природу цивилизации, была отброшена. На

первый план вышли орудия труда и оружие;

начался каменный век.

К этому времени (пять тысяч

лет после прихода льдов) мутации

начали происходить и среди драконов.

Психологические особенности (полная

неспособность причинить вред детёнышам

любого вида) не позволяли родителям

пресекать развитие мутантов, и раса драконов

начала неуклонно меняться. Естественный

отбор в обстановке постоянной угрозы от

хищников и вечного ожидания голодной смерти

происходил гораздо быстрее, чем в обычных

условиях. Многие неудачные мутации исчезали

из генофонда, другие закреплялись... И

наконец, спустя двадцать тысяч лет, когда

льды уже начали отступать, драконы более не

были рептилиями.

Теплокровные живородящие, занимающие

промежуточное положение между

пресмыкающимися и примитивными

млекопитающими, драконы ко времени окончания

ледникового периода представляли собой

достаточно высокоразвитую расу позднего

неолита, очень малочисленную, но широко

распространённую по континенту.

Двадцать пять тысяч лет назад на

Дракии произошло событие, сравнимое по

важности только с зарождением жизни: льды

вернулись на первоначальные позиции.

Уничтоженные, изуродованные и вспаханные

равнины Драккара впервые предстали взорам

светящихся глаз драконов. Но теперь, тысячи

лет развития спустя, в этих глазах светился

разум. И драконы не собирались терять

завоёванные столь дорогой ценой вершины.

Развитие цивилизации органично

продолжилось вокруг центра культуры на плато