Этот мир начал вырождаться, подобно моей покинутой родине. Я все чаще стал вспоминать Китиару и наше славное прошлое. Мне больше не хотелось иметь ничего общего ни с моим собственным племенем, ни с маленькими паршивцами, населявшими Кринн, и однажды я отправился к Такхизис, чтобы потребовать обещанной платы. «Оставь свой мир себе, — заявил я ей. — Мне он не нужен. Я не желаю им править. Верни мне Китиару. Мы уйдем отсюда по магическим коридорам и найдем другой мир, где нас встретит настоящая слава».

Такхизис пообещала выполнить мою просьбу. Она сказала, что я найду душу Китиары в месте, называемом Мглою. Я видел эту Мглу. Я посещал ее. Во всяком случае, мне так казалось. — Из легких Ская донесся страшный хрип. — Остальное ты уже знаешь. Ты видел Мину — нового прихвостня Владычицы Тьмы — и слышал ее слова о том, что меня предали.

— Но ведь это ты был предателем. По крайней мере, все так думали.

— С момента окончания Войны с Хаосом все думали и видели только то, что играло на руку силам Тьмы.

Скай замолчал, погрузившись в раздумья о содеянном. Судя по его затрудненному дыханию, ему оставалось жить считанные часы, и оба дракона это понимали. Скай умирал от ран — телесных и душевных — и, наверное, сам не знал, какие из них мучили его сильнее.

Серебряный дракон сменил тему разговора, пытаясь привлечь внимание Ская.

— Итак, перед Ее Темным Величеством возникла новая угроза — великие драконы.

— Великие драконы... — прохрипел Скай. — Да, они действительно стали для нее большой проблемой. Такхизис надеялась на продолжение жестоких междоусобных войн, в которых воюющие стороны рано или поздно истребили бы друг друга, но вместо этого драконы вдруг заключили перемирие, а вслед за ним объявили и об окончании войны. Люди воспряли духом, и Владычица Тьмы испугалась, что скоро жители Кринна начнут (а некоторые уже начали) служить могучим драконицам и тогда новый Бог будет никому не нужен.