– Я знаю, девочка. Знаю. Глаза Заступника предательски заблестели. Рукой он тихонько похлопывал Ашу по спине. Когда она была совсем малышкой, он, в своих стараниях заменить девочке мать, укачивал ее точно таким же образом.

– Я не могу позволить тебе, девочка, покинуть нас с мыслью, что ты нам безразлична, что мы тобою недовольны. Мы все тебя любим. Верь мне. И мы не стали бы относиться к тебе иначе, чем относились всегда. Я не должен был говорить, но дело в том, что нам… нам предстоит серьезно заняться магией. Мы вынуждены будем привлечь необъятной мощи волшебные силы, чтобы предотвратить новое появление рыцарей Тьма. Я не могу всего объяснить, но эти волшебные силы могут оказаться небезопасны для тебя. Ведь ты не эрд. Отсылая тебя, мы лишь стараемся избежать вреда, который может причинить тебе магия. Это было ложью, хотя и безобидной. В действительности от Аши избавлялись с тем, чтобы само ее присутствие пагубно не сказалось на магическом действе. Для удержания волшебной силы Серого Бриллианта эрды предполагали употребить абсолютно прозрачную структуру, этакую емкость, образованную их общим магическим полем. Аша, не являясь эрдом, следовательно, была дефектом в этой емкости.

– Эта… эта магия, – Аша, шмыгая носом, сглатывала слезы, – она вас предохранит? Отведет от вас зло?

– Да, девочка. К такому выводу пришел Вершитель, и у нас нет оснований сомневаться в его мудрости. Снова ложь. Дважды на дню – невероятно! Заступник сам поражался, что так складно может врать. Аша сделала слабую попытку улыбнуться:

– Спасибо, Заст, за твою искренность. Я жалею, что была столь несносна при прощании. Но ты извинишься за меня перед всеми. Скажи, что я буду сильно скучать. Слезы снова подступили к глазам Аши, но она сдержалась.

– Я им все передам… А теперь пошли – отлив и солнце ждать не будут. Они вышли к берегу. Аша совсем притихла – растерянная, ошеломленная, никак не желающая верить, что все это происходит именно с ней.