— Думаю, надо действовать, — сказал Пар-Салиан.

— Я хотел бы провести собственное расследование, — решительно бросил Юстариус. — Госпожа Ладонна должна простить меня за то, что я ей не полностью доверяю.

— Расследуй, как тебе угодно, — согласилась Ладонна, — и ты узнаешь, что я говорю правду. Я слишком истощена, чтобы изыскивать силы для лжи. А теперь, если вы меня извините… — Ладонна поднялась, и ее шатнуло, так что она вынуждена была ухватиться за спинку кресла, чтобы устоять. — Сегодня ночью я не смогу путешествовать. Если для меня найдется одеяло и угол в одной из комнат для новичков…

— Ерунда какая! — решительно прервал ее Пар-Салиан. — Ты будешь ночевать в своих покоях, как обычно. Там все осталось нетронутым с тех пор, как ты ушла. Я лично проследил, так что ты даже найдешь уже растопленный камин.

Ладонна склонила гордую голову, потом взяла Пар-Салиана за руку:

— Спасибо, старый друг. Я совершила ошибку, признаю. Если есть возможность искупить вину, я с удовольствием уплачу любую цену.

Юстариус тяжело поднялся со своего места — долгая неподвижность заставила затечь его больную ногу.

— Ты также останешься ночевать, друг мой? — спросил его Пар-Салиан.

Юстариус покачал головой:

— Мне необходимо вернуться назад, в Палантас. Узнаю больше новостей. И, Ладонна, если у тебя есть еще мгновение, послушай, тебе будет интересно. На двадцать шестой день Ранмонта Рейстлина Маджере, едва живого, нашли на ступенях Великой Библиотеки. Один из моих учеников случайно оказался рядом и стал свидетелем случившегося. Он не знал, кто это, но отметил, что найденный был магом в красной мантии моей Ложи.

Юстариус помолчал.

— Кроме того, как я понимаю, Рейстлин недолго останется в рядах красных мантий. Сегодня один из красильщиков принес мне известие, что означенный молодой человек, посетив их заведение, сделал заказ на перекраску мантии. В черный цвет. Кажется, в твоем «мече», Пар-Салиан, обнаружился серьезный изъян.