– Прогуляюсь по городу, схожу к дядюшке Мумитусу, проведаю, как он поживает. – Не в пример брату, Селена оделась просто, даже чересчур, при ее-то положении в обществе.

– Я постараюсь побыстрее управиться и присоединиться к тебе. Встретимся у дяди.

– Договорились, – кивнула Селена и пожелала брату: – Удачной аудиенции.

Клим забрался в поджидающую коляску, махнул сестре рукой и укатил, а Селена пошла пешком, наслаждаясь видами красивого города. Она не спешила, да и куда ей спешить? Дочь знатных родителей, не имеющая никакого занятия, это не свобода, это цепи, приковывающие к безделью.

Она заглянула в храм Единой церкви, посмотрела на статую бабушки, улыбнулась ей и отвесила низкий поклон. Мама говорила, что у статуи большое портретное сходство с оригиналом именно в этом храме, в других не так похоже.

Сделав пожертвование храму, Селена направилась к Мумитусу, уже никуда не сворачивая. За истекшие годы дядя ни капельки не изменился – сказывалась кровь троллей. Он крепко обнял племянницу, аж позвонки у девушки захрустели, и уволок ее за свой столик обмениваться новостями.

Заведение тролля процветало. Два года назад он произвел капитальный ремонт, все помещения облицевали несгораемой древесиной, которую с недавних пор выпускала местная артель гномов под патронажем мамы, а теперь дяди. Вложение капиталов в это дело оказалось столь выгодно, что Мумит не устоял, внес и свой пай. И стал он одним из учредителей производства несгораемой древесины. Вот об этом тролль и говорил Селене.

– Представляешь, – возбужденно размахивал Мумит огромными ручищами (он все еще не мог привыкнуть к чудесам алхимии и с горящими глазами рассказывал Селене давно ей известное), – привозят доски, обычные, березовые или сосновые, неважно, замачивают в рассоле, который изобрела твоя мать, через сутки на просушку – и все! Деревяшки не горят, не гниют, не чернеют! Мы от заказов отбиваться не успеваем, дел невпроворот. Только мне приходится тут сидеть, харчевню эту, чтоб ей, обслуживать! – Полутролль в сердцах стукнул кулачищем по столу, чуть не проломив потертые доски.