- По крайней мере, хоть люди, не гоблины, - сказал Тас.

- Тот гоблин только хмыкнул, когда я упомянул Высокого Теократа, -вслух подумал Танис. - Ни дать ни взять им платил кто-то другой. Хотел бы я знать, что вообще происходит!

- Может, наши друзья нам расскажут, - предположил Флинт.

- Если только они там, - добавил Тассельхоф. - Мало ли что могло случиться за пять-то лет!

- Если они живы - они там, - понизив голос, проговорил Флинт. - Мы ведь тогда дали священный обет - встретиться ровно через пять лет и поведать друг другу, кто что выведает о распространении зла в этом мире. Могли ли мы думать, что возвратимся домой и обнаружим это самое зло прямо у себя на пороге!..

- Тихо, тихо! - Слова гнома до того встревожили нескольких прохожих, что Танис счел за лучшее умерить его пыл: - Об этом здесь лучше не говорить... Достигнув верха ступеней, Тас широко распахнул дверь. Прямо в лицо ударила волна света, звуков, тепла и знакомого запаха знаменитой Отиковой картошки со специями. Волна эта мягко и ласково обхватила их и втянула вовнутрь. Отик стоял за стойкой, как и всегда, сколько они его помнили. Он совсем не изменился, ну, может, еще чуточку растолстел. Не изменилась и гостиница разве что стала еще уютней... Быстрые глаза Тассельхофа тем временем зорко обежали толпу, и с радостным воплем кендер вытянул руку, указывая через всю комнату. Да, кое-кто тоже не изменился: в свете очага сиял начищенный крылатый шлем с навершием в виде дракона.

- Кто это? - тщетно напрягая зрение, спросил Флинт.

- Карамон, - ответил Танис.

- Значит, и Рейстлин здесь, - сказал Флинт, и особого тепла в его голосе не было.