- Про тебя я бы этого не сказал, - Флинт уселся обратно на камень и принялся строгать. Потом поднял глаза на Таниса и нахмурился: - Бороду-то зачем отрастил? Решил вконец себя изуродовать?

Танис поскреб подбородок:

- Мне случалось забредать в такие места, где на эльфов глядят косо... Вот тут-то борода, наследие моего папаши-человека, и помогала скрыть мое происхождение.

Горькая ирония звучала в его голосе.

Флинт хмыкнул, чувствуя недомолвку. Он знал, что полуэльф ненавидит сражения и убийства, но и прятаться от схватки не станет... Стружки падали из-под ножа.

- А мне, - сказал гном, - случалось забредать в такие места, где косо глядят на любого. - Он повертел в руках чурбачок. - Но все это, по счастью, миновало. Теперь мы дома!

- Если верно то, что я слышал, - не спеши говорить "гоп". - Танис поправил капюшон, затеняя глаза. - Говорят, Высокие Искатели собрались в Гавани и назначили какого-то человека по имени Хедерик Высоким Теократом в Утеху. И он со своей новой религией успел уже превратить город в сущий рассадник фанатизма!

Повернувшись, оба посмотрели вниз, в долину. Там начали понемногу загораться огоньки, обозначая жилища, спрятанные в кронах валлинов. Вечерний воздух был неподвижен, лишь доносился запах дровяного дымка очагов. Время от времени издалека слышались голоса - матери звали детей ужинать.

- А я и не слышал, чтобы в Утехе завелось какое-то зло, - негромко сказал Флинт.

- Преследования за веру... Дознания всякие... - Голос Таниса зловеще прозвучал из-под надвинутого капюшона. Насколько помнилось гному, раньше этот голос не был таким низким и мрачным. Петь лет порядком-таки изменили его друга - притом что эльфы с годами не менялись вообще! С другой стороны, Танис лишь наполовину был эльфом - дитя зверского насилия, сын эльфийки, которую обесчестил человек-воин. Дитя войны - одной из множества вспыхнувших между разными расами Кринна в страшные годы безвременья, после Катаклизма...