Воодушевленный Пеллар нарисовал цветной автопортрет — точно такой же, как нарисовал бы любой ребенок трех лет от роду на Перне или на давно забытой Земле, — точка-точка-огуречик. Рот на большой круглой голове улыбался.
— Великолепно! А меня нарисуешь? — попросил Микал.
Пеллар с радостью согласился.
— Вижу, у меня рот смотрит вниз, — заметил Микал, глядя на рисунок — Ты хочешь сказать, что я грустный?
Пеллар кивнул.
— Что ж так? — спросил Микал.
В ответ Пеллар зачерпнул пальцем все три краски и нарисовал длинную коричневую линию, пересеченную фигуркой, похожей на чайку.
— Зист, войди-ка! — позвал Микал.
Арфист Зист ворвался в пещеру, переводя взгляд с Микала на Пеллара.
— Ты рассказывал ему, что я был драконьим всадником?
Мог проболтаться, — согласился Зист.
Ты говорил ему, какого цвета был мой дракон? — показал Микал на рисунок.
— Да вряд ли, — сказал Зист, рассматривая рисунок — Честно говоря, я и сам-то не знал.
— М-м-м, — проворчал Микал. Он посмотрел на Пеллара и ткнул в рисунок. — Это мой дракон?
Пеллар кивнул. Глаза его были печальны.
— Я хочу, чтобы мальчик учился у меня, — сказал Микал Зисту. — Лечить, рисовать, читать следы, медитировать… Я научу его всему, что знаю сам.
Глава первая
Из холда, из цеха шумного
Изгнаны без надежды
Старые и безумные
Отец, и мать, и младенец.
— Все еще машет, да? — в третий раз спросил мастер Зист.
Он сидел на передке пестро расписанной повозки, медленно удаляющейся от Зала Арфистов. По обе стороны дороги лежал последний зимний снег. То и дело повозка дергалась — тягловые животные оскальзывались на затвердевшем обледеневшем снегу и с трудом восстанавливали равновесие.