Гвор невольно покосился на девочку и увидел, как та срывает с дерева жухлые листья и жует.

- И она вот будет когда-нибудь так же... кричать... - сказала старуха и зарыдала.

- Сынки! Милые! Помогите балку поднять... - шептал старик, шевеля черными губами.

Внутренний голос больше не возникал.

Когда все взрослое население деревни собралось на выжженной поляне, от глаз Гвора не укрылось, как опасливо крестьяне косятся на небо.

- Кто старостой у вас, селяне?

Повисло молчание. Потом голос из задних рядов нехотя прогудел:

- Нету старосты. Дракон убил.

* * * * *

Всю ночь Гвор пролежал за каменным уступом. Спасибо селянам, показали удобное место для засады - отсюда хорошо просматривалась пещера дракона. Принцессы видно не было, но Гвор мог поклясться, что пару раз до его ушей доносился женский плач. Сам же дракон за час до рассвета куда-то улетел, но довольно быстро вернулся, неся в пасти дохленькую коровенку со сломанной шеей, видно на обед. Шумно хлопая крыльями, он потоптался на каменной площадке перед входом в пещеру, потом сыто засопел, улегся на камни. Еще с минуту повозился, устраиваясь поудобнее, и заснул. Гвор подождал немного, потом тихо и аккуратно, молясь про себя, чтобы никакой упавший камешек не разбудил летающую ящерицу, спустился к подножью пика. Здесь его ждал дрожавший от страха армигер. Похоже, за прошедшую ночь парень не сомкнул глаз.

Гвор надел доспехи, не торопясь проверил крепость ремней, вспрыгнул на Седого. Боевой конь отдохнул за ночь, сейчас нетерпеливо гарцевал инстинктом чувствуя приближающуюся ярость боя. Гвор принял из рук оруженосца копье.

- Давай что ли, Рамай, простимся на всякий случай. Если я не вернусь скачи к маркграфу, доложи обо всем, а там - как хочешь. Деньги у тебя есть, не пропадешь. Возвращайся к мамке или поезжай в Новую Столицу... Смотри сам. Не будет больше злого Гвора за тебя думать.