«Тут не сказано».

— Знаю, — пробормотал Лайам. — Я задал этот вопрос просто так.

Итак, одному из стражников повезло, а остальные двое «с немалой опаской» спустились в подвал, где и обнаружили супружескую чету. Парочка стирала с пола следы пентаграммы, начертанной голубым мелком. Конечно, их тут же арестовали и, как понял Лайам, на том дело и кончилось.

Однако и Ровиана, и Эльзевир утверждали в один голос, что призывали демона только для того, чтобы заглянуть с его помощью в будущее, и что тварь вырвалась из магического круга сама. Они горячо отрицали, что замышляли убийство, хотя состояние старшего Хандуита должно было перейти именно к ним. На вопрос, откуда они узнали, как вызвать демона, супруги ответили, что в кипе старых пергаментов, хранившихся у них дома с давних времен, обнаружился лист с описанием такого обряда, но что демон унес этот самый лист вместе с трупиком кошки и голубым мелком. Автор отчета — по напористости и безапелляционности изложения Лайам предположил, что записку составил Куспиниан, — сомневался в правдивости слов обвиняемых. Сомневался, но… без всяких на то оснований.

Хандуиты и впрямь были виновны — но в чем? Лайам сдвинул отчет в сторону и сложил пальцы домиком, пытаясь точней сформулировать мысли, мелькающие в его голове. Что именно о своем будущем хотели вызнать супруги? Почему им вообще вздумалось вызвать демона? Почему именно в полночь? И если это все же они заставили рогатое чудище растерзать в клочья Элдина Хандуита, то ради чего?

«Мастер?» — осторожно окликнул его Фануил. Он уже знал, что новый хозяин не любит, когда его тревожат в минуты задумчивости.

«Сейчас продолжим, — мысленно отозвался Лайам. Дракончик кое-что смыслил в магии и сопряженных с нею занятиях, он охотно отвечал на всякого рода вопросы, однако их следовало правильно ему задавать. — Прежде всего, можешь ли ты мне сказать, много ли демонов существует в природе?»