В трубке долго гудели сигналы. Наконец развязный голос спросил:

– Ну, чего надо?

– Пришлите мне поезд немедленно, – сказал Драмокл.

– А еще чего? И не мечтай, приятель. Половина состава у нас в ремонте, а другая половина на линиях, куда более важных, чем твоя. Там, откуда ты звонишь, ни черта нету, кроме Косматых спален.

– Я король Драмокл, – грозным голосом сказал Драмокл.

– Да ну? Щас, сверим твой голос с записью… Да, действительно. Слушайте, сир, я извиняюсь за свой тон, а только вы не представляете, как заколебали меня ваши придворные! Трезвонят, понимаете, день-деньской и требуют, чтобы поезда сворачивали туда, куда им угодно. А в особенности сейчас, из-за праздников…

– Ладно, все ясно, – сказал Драмокл. – Когда ты сможешь прислать мне поезд?

– Через семь минут, сир. Я заверну «Пантеон-экспресс» прямо перед станцией Капультепек и…

– Приличная кофеварка в этом экспрессе есть?

– Минуточку, щас гляну… Нет, сир, в «Пантеоне» только растворимый кофе и слабенький голландский. Дайте мне двадцать минут, и я пришлю вам поезд с новейшим оборудованием для завтрака…

– Пришли который поскорее, – сказал Драмокл. – Я позавтракаю позже.

Прошло пятнадцать минут. Поезд так и не появился. Драмокл снова снял телефонную трубку, но услышал лишь бесконечные щелчки. Потом записанный на пленку голос заявил, что все линии заняты и ему следует звонить через дворцового оператора. Тщетно Драмокл орал, что он король и что все прочие разговоры должны быть прерваны сию же секунду. Никто его не слышал.

Он пошел обратно в спальню за сигаретами, но заблудился: все покои здесь были волосатые, и король не смог отыскать комнату, где провел ночь. Ни один телефон не работал. И даже на сигнал пожарной тревоги никто не отозвался.