Руми подошел еще ближе к Василию Кузьмичу, заглянул в глаза:

- Думал, вы испугаетесь...

Прежде чем ученый понял, что это ловушка, он попался в нее:

- Ладно, раз вы - правнук Сейкила, имеете право идти со мной. Только не подумайте, будто я доказываю свою смелость...

Руми улыбнулся:

- Все знают, что глупые обычаи умирают раньше людей.

- Оставьте заявление и документы, я попрошу оформить вас,Ч предложил Василий Кузьмич.Ч А пока расскажите немного о племени и прадеде.

Историки упоминают, что Сейкил был когда-то знаменитым врачевателем. Я думаю, что он использовал знания древних греков, объединив их с местной народной медициной.

- Очевидно, вам известно больше моего,Ч сказал Руми.Ч Я слышал от деда, что его отец был великим лекарем. Но дед протоптал для себя иную тропу Ч стал охотником. И мой отец принял от него ружье, но очень рано умер. За ним тенью ушла и мать. В тринадцать лет я остался сиротой, воспитывался у деда, потом - у друзей отца. Сейчас мне тридцать восемь, а я ничего не сделал в жизни. Был чужой тенью, шел чужими тропами, даже гнезда не свил...Ч В его голосе звучало сожаление об упущенном; - И книга прошлого раскрыта перед вами, а не передо мной. Записки прадеда разыскали вы. Я лишь слышал о них. Мало быть потомком великого - надо постигнуть величие.Ч Он быстро взглянул на ученого: - Говорят, вы большой специалист не только в народной медицине, но и в истории Памира.

- Ну, слухи значительно преувеличены,Ч польщенно сказал Василий Кузьмич.

2 Василий Кузьмич и Руми вылетели вдвоем - помощник ученого неожиданно заболел. Самолет нес их над степью, покрытой кустами янтака - верблюжьей колючки. Маленькие, круглые, они с небольшой высоты были похожи на полчища ежей. Рядом с аэродромом, куда приземлился самолет, журчала вода в арыке и сухо шелестел песок. Вода журчала громче, песок лишь вкрадчиво напоминал о себе, ожидая, когда люди выйдут в путь.