— Вот это — по-настоящему! — Заявила девушка, ткнув рукой в изображение. — Вот это — реальный боевой пилотаж, Вячеслав! Я так не умею! Чему я, по-твоему, должна их учить?!

— Учи тому, что умеешь, — угрюмо отрезал спасатель. — Лучше, чем ничего! Они вообще никогда в пилотском кресле не сидели! Кроме операторского нейроинтерфейсного ложа ничего не знают! У них даже тренажер вызывает серьезные проблемы! Так что ты для них — великий ас! Поняла?! — Он кивнул на изображение, крутящееся на демосфере: — Это корабль Посла Риулов? Запись сражения в системе Имии Эээа? Откуда она у тебя?

— Предоставил один хороший знакомый из лейб-гвардии Имперского Космического Десанта, — ответила Лена. — Копия части данных с бортовых систем флагмана погибшего Наследного Принца, — она вновь обернулась к демонстрационной сфере. — Посмотри, как он летает! Какие маневры вытворяет, я даже не представляю, как это делается! И в ваших гипнограммах такого нет! Почему это не введено в курс подготовки?!

— Хорошо, Нисс, давай начистоту, — спасатель печально поморщился. — Помнишь, две недели назад ты спросила у меня, почему Содружество вместо того, чтобы срочно налаживать производство боевых кораблей и перехватчиков, начало массовый выпуск и переоборудование «Незыблемых» и «Титанов»?

— Помню, — хмыкнула она. — Так было сделано потому, что у нас нет ни одной технологической линии для производства военной техники. Зато мы можем быстро увеличить производительность верфей, выпускающих спасательное оборудование. Подобное решение позволит нам выиграть время для перевода промышленности на военные рельсы.

— Это не совсем так, — Вячеслав тяжело вздохнул. — А если быть точным, то совсем не так. Слушай, Нисс, но имей в виду: то, что я тебе скажу, является информацией далеко не для всех, так что держи рот на замке! Мы высокоразвитая цивилизация, Лена, уровень наших технологий позволяет начать производство боевого флота в любой момент. Рассказы про перестройку промышленности — в действительности вынужденная ложь.