Автор: Сергей Голубицкий

Опубликовано 22 октября 2011 года

Читатели методично выставляют предъяву: где культур-повидло?! В самом деле: куда оно подевалось? Вроде бы пишу сейчас больше, чем год назад, и сильно больше, чем пять, а культур-мультур рассуждений о жизни в околоайтишной орбите (а зачастую - и далеко за ее пределами) развеялся утренним туманом.

Подумал-подумал и решил, что причина вероятнее всего в самом жанре. Хорошее такое английское слово - outgrowing, перерастание. Может я перерос формат втискивания высоких материй в прокрустово ложе журнальной (а сегодня уже онлайновой) колонки? А может - утратил легкость письма (хотя по собственным ощущениям не сказал бы: пишу не просто легко, а сильно легче, чем когда бы то ни было)? А может - просто повысил планку ответственности перед затрагиваемыми темами: стеснительно стало мусолить поверхностным журналючим взглядом серьезнейшие материи?

Короче говоря, культур-повидла варится в последнее время мало, так что остается смириться и надеяться на улучшение в будущем.

Сегодняшняя история как раз иллюстрирует избыточную сложность раскрытия культур-повидлианской темы. Хочу поделиться с читателями необычными переживаниями и ощущениями, возникшими у меня после посещения места, в котором прошло мое детство. С местом этим связаны все лучшие воспоминания, потрясающие открытия, первые опыты, печали. Ничего, конечно, оригинального, единственное своеобразие моего опыта: предельная концентрация в пространстве и времени.

Так вышло, что с самого рождения и до 14 лет жизнь моя целиком проходила в двух географических точках - Кишиневе и Голерканах. С сентября по май я жил в городе, с июня по август - на даче. При этом с городом у меня не сохранилось практически никаких воспоминаний, за исключением двух-трех вырванных из временного контекста травм: как я провалился под лед на городском озере и мой друг, Андрюша Акинфиев (с которым не расстаюсь и поныне), вытащил меня на поверхность, как местных хулиган убил котенка, накрыв газетой и растоптав ногами, как меня наказали в детском саду, не отпустив домой и оставив на ночь.