Сергей, продолжая наблюдать за дочерью, молча обнял правой рукой плечи Ольги, привлек ее к себе и прижался губами к ее виску. Только сейчас он заметил, что волосы Ольги, ранее светло-пепельного цвета, приобрели золотистый оттенок.

- Мы, кажется, покрасились? - шутливо, с легкой иронией спросил он.

- Мне показалось, что тебе так больше понравится, - ответила Ольга.

Сергей покраснел.

- С чего ты это взяла? - спросил он.

- Сама не знаю, скорее, чувствую...

- Что же ты чувствуешь? - шутливо, но с внутренней настороженностью спросил Сергей.

- Чувствую, что ты стал как-то дальше... Ты перестал замечать меня, продолжала она. - Тебя что-то постоянно беспокоит.

- Ну, естественно, беспокоит длительное отсутствие связи с Кравцовым. Я хочу передать ему расчеты, а он не появляется...

- Нет, милый, это не то беспокойство. Это совсем другое. Я, не забывай, женщина и чувствую, какого рода беспокойство у мужчины, особенно у мужчины любимого и единственного.

- Ты моя любимая и ты моя единственная, - Сергей крепче обнял плечи жены.

Ольга повернула к нему лицо и, глядя снизу вверх, в самую глубину глаз, сказала:

- Достаточно быть любимой... а единственной... это не так важно... Что бы ни случилось, - продолжала она, - я хочу иметь от тебя еще ребенка...

- Милая, но что может случиться? Все, что могло с нами случиться, уже случилось. Мы побывали на далеких планетах и встретились вновь, как ни невероятна была эта встреча. Там, на Счастливой, и еще на одной планете, Сергей внезапно остановился. - Странно, - задумчиво сказал он. - Очень странно! Я вдруг вспомнил, что Счастливая была не одной-единственной планетой, где побывала наша экспедиция... Но я больше ничего не помню... Постой, постой... Не может быть!