Она критически оглядела еще раз своих воспитанниц. В большом зале, стены которого были увешаны зеркалами, собралось около двадцати выпускниц последнего класса. Каждой из них шестнадцать лет. Девушки были еще раздеты.

- Одевайтесь! - приказала воспитательница.

- Мария, - она сделала знак, чтобы та подошла, - наденешь белое бикини. Оно больше идет к твоему смуглому телу. Да, вот еще... Когда выйдешь на помост, не стой как столб. Двигайся, поворачивайся, но не делай слишком больших шагов. Учти, твой главный козырь - ноги. Ну, дай я тебя на прощание поцелую. Я тебя всегда любила, моя девочка. Желаю тебе счастья! Лет пять назад... да что вспоминать... Меня вот тогда никто не захотел... Если бы не старшая воспитательница... она считала меня самой способной... попросила оставить в школе. Желаю, тебе, чтобы ты попала к доброму человеку... Если он женится на тебе, то ты сможешь иметь детей. Самых настоящих! Тогда ты сможешь попасть в высший класс и твои дети будут принадлежать ему. А я вот так и состарюсь здесь, не познав ни любви, ни мужчины. Но я не ропщу. Это все же лучше, чем быть в спецгруппе и угождать каждый раз новому или еще хуже, стать суррогатной матерью и бесконечно рожать, как корова, чужих детей, о судьбе которых никогда потом не узнаешь.

- А вы видели мужчин? Какие они?

- Ты разве не смотрела учебные фильмы?

- Я не об этом. Фильмы и учебные муляжи, с которыми мы занимались, - это все не то. Я говорю о живых...

- А, ты об этом! Только на аукционе.

- Я помню одного мальчика. Его звали Том. Он был со мною в питомнике.

- Забудь про него!

- А вдруг он прошел все этапы селекции и теперь принадлежит к высшему классу?