- Тогда будем считать, что предложение проходит. Однако нам надо провести его через общее голосование. Как будем голосовать?

- По отрядам! - послышались крики.

- Хорошо, пусть будет по отрядам. Как решит большинство, так и поступим. Теперь, что скажут женщины?

- А шо воны скажуть? - опять подал голос Приходько. - Им же выбирать. Никто их насильно к себе в постель не потащит. Полная свобода выбора! Я так меркую, шо со стороны жинок заперечень не последует.

- Но довести до их сведения надо!

- А чего ж! Доведем! То не трудно! - под общий смех ответил Приходько.

- Теперь последнее! Самое неприятное. Что делать с Синченко?

Воцарилось молчание. Снова взял слово Николай.

- Все мы его знаем. Скажу прямо - жаль парня. Это настоящий боец, храбрый, решительный. Но оставить его среди нас нельзя. Увидев безнаказанность, чего доброго, и другие мужья поубивают своих жен из-за ревности.

- Да что там думать! Расстрелять! - послышалось из зала.

- Такую красавицу убил, паразит!

- Стойте! - закричал Владимир. - Подождите! Поймите и его состояние. Он же был невменяем!

- Э, да так каждый будет впадать в невменяемость!

- Послушайте меня! Я предлагаю: пусть он уйдет. Но останется жив.

- Изгнание?

- Да! Мы его завезем километров за сто от нашего расположения, дадим оружие, инструменты. Пусть живет один.

Владимиру удалось убедить Совет.

Собрание разошлось, и Сергей направился было домой, как его остановил Вальтер.

- Подожди, Сергей. Самое главное еще впереди.

- Что такое? - удивленно и с тревогой спросил Сергей, остановившись от неожиданности.

- Сегодня, после вашего отлета, я пошел на поле проверить всходы. Судя по теплым дождям, идущим с завидной регулярностью, я ожидал увидеть уже зеленеющее поле, но вместо него обнаружил голую пашню, кое-где поросшую той же травой.

- Еще не взошли семена? Может быть, рановато?