Адмирал Хиппер побледнел, но на его лице не отразилось ни малейшего смятения. В течение нескольких минут из башен валил дым, и все на «Зейдлице» ожидали, что корабль взорвется. Чтобы до своей гибели нанести как можно больший ущерб противнику, старший артиллерист «Зейдлица» хладнокровно открыл частый огонь – залпы трёх оставшихся башен грохотали каждые десять секунд под крики «Хох!». Но взрыва не произошло, и управление огнём сохранилось, хотя положение корабля было очень серьёзным: крейсер принял около шестисот тонн воды, сел кормой и потерял сорок процентов своей огневой мощи.

Ответный удар германцев не заставил себя ждать. Пристрелявшись по «Куин Мэри», «Дерфлингер» (он тоже был новым кораблём, но его команда была укомплектована хорошо обученными артиллеристами) накрывал английский крейсер в течение нескольких минут, и накрыл его по крайней мере шестью залпами (двадцать четыре 305-мм снаряда). С «Тайгера» было видно, как три крупных снаряда попали в носовую часть «Куин Мэри», и из корпуса крейсера вырвалось яркое пламя. Вслед за этим залп угодил в середину корабля у орудийной башни, а затем «Куин Мэри» окутало громадное облако дыма.

В воздух взлетела масса обломков, среди которых можно было разглядеть шлюпку, летевшую вверх дном. Крыши орудийных башен подбросило вверх на сто футов, из корпуса корабля поднялся грибообразный столб чёрного дыма высотой до тысячи футов. Когда дым рассеялся, «Куин Мэри» исчезла. Кормовая часть крейсера погрузилась последней – видно было, как вращались над водой гребные винты, и как из кормовой башни выползали люди. Офицеры на мостике «Лайона» молчали – зрелище мгновенной гибели огромного корабля потрясло всех. Но бой продолжался, и скорбеть о погибших было некогда.

В 14.15 к месту боя подоспел «Нью Зиленд» и вступил в дуэль с «Фон дер Танном». Дуэль была недолгой – германский крейсер быстро пристрелялся и перешёл на поражение, не получив в ответ ни единого попадания.