Талбо выжидающе посмотрел на него.

- Впрочем, нет, - сказал Виктор. - Ничего не выйдет.

Он продолжал думать. Талбо засунул руку в карман его пальто и вытащил пачку "Собрани". Закурил и продолжал молча ждать. С Виктором всегда так. Он должен отыскать путь в лабиринте.

- Может быть, биотехнический эквивалент: созданный искусственно микроорганизм или личинка... инъекция... установить телепатическую связь... Нет. Слишком много недостатков: возможно возникновение нового эго или конфликта контроля. Изменение восприятия. Может быть, ввести какое-нибудь существо, которое станет размножаться... Нет. Не выйдет.

Талбо курил, загадочный восточный дым обволакивал его лёгкие.

- А как насчёт... ну, скажем, только в качестве гипотезы, - проговорил Виктор, - предположим, эго в определённой степени находится в каждом сперматозоиде - такая идея уже проверялась. Развить сознание в одной клетке и отправить её на выполнение... забудь, метафизическая чушь. О проклятье, проклятье, проклятье...

это нужно хорошенько обдумать, потребуется время, Ларри. Уезжай, дай мне возможность как следует поразмыслить. Я с тобой свяжусь.

Талбо погасил сигарету о борт баржи и выпустил последнюю струю дыма.

- Ладно, Виктор. Насколько я понимаю, моя задача так тебя заинтересовала, что ты готов ею заняться.

- Я учёный, Ларри. Следовательно, я попался. И был бы полнейшим идиотом, если бы этого не произошло. Это относится напрямую... к тому, что мой отец...

- Понимаю. Я уеду. И подожду.

Баржа безмолвно продвигалась вперёд - один искал решение новой задачи, другой размышлял над своими проблемами. На прощание они обнялись.

На следующее утро Талбо улетел домой и ждал много ночей, но, когда в небе сияла полная луна, он знал, что молиться о помощи бесполезно. Молитвы только мутят воду. И гневят богов.