Талбо выжидающе посмотрел на него.

— Впрочем, нет, — сказал Виктор. — Ничего не выйдет.

Он продолжал думать. Талбо засунул руку в карман его пальто и вытащил пачку «Собрани». Закурил и продолжал молча ждать. С Виктором всегда так. Он должен отыскать путь в лабиринте.

— Может быть, биотехнический эквивалент: созданный искусственно микроорганизм или личинка… инъекция… установить телепатическую связь… Нет. Слишком много недостатков: возможно возникновение нового эго или конфликта контроля. Изменение восприятия. Может быть, ввести какое-нибудь существо, которое станет размножаться… Нет. Не выйдет.

Талбо курил, загадочный восточный дым обволакивал его лёгкие.

— А как насчёт… ну, скажем, только в качестве гипотезы, — проговорил Виктор, — предположим, эго в определённой степени находится в каждом сперматозоиде — такая идея уже проверялась. Развить сознание в одной клетке и отправить её на выполнение… забудь, метафизическая чушь. О проклятье, проклятье, проклятье…

это нужно хорошенько обдумать, потребуется время, Ларри. Уезжай, дай мне возможность как следует поразмыслить. Я с тобой свяжусь.

Талбо погасил сигарету о борт баржи и выпустил последнюю струю дыма.

— Ладно, Виктор. Насколько я понимаю, моя задача так тебя заинтересовала, что ты готов ею заняться.

— Я учёный, Ларри. Следовательно, я попался. И был бы полнейшим идиотом, если бы этого не произошло. Это относится напрямую… к тому, что мой отец…

— Понимаю. Я уеду. И подожду.

Баржа безмолвно продвигалась вперёд — один искал решение новой задачи, другой размышлял над своими проблемами. На прощание они обнялись.