- Надя!..

Это был крик. Так кричал Архимед "Эврика!".

Надежда Юрьевна испуганно обернулась.

Муж глядел на нее расширенными глазами и уже не кричал - шептал:

- Подойди еще раз...

Надежда Юрьевна испугалась, медленно пошла к нему. Он оглянулся на приборы, потом на нее и внезапно опустился на стул, на котором только что сидела Надежда Юрьевна. Лицо его было бледно.

- Тебе плохо? - наклонилась к нему Надежда Юрьевна.

- Нет, нет, Надя... - сказал он скороговоркой. Дай подумать. Дай мне подумать.

Опять взглянул на приборы.

- В чем дело? - спросила Надежда Юрьевна.

- В чем дело? - переспросил он. - В том-то и дело, в чем дело...

- Иван Федорович! - Надежда Юрьевна готова была рассердиться.

- В том и дело... - машинально повторял Иван Федорович. Поглядел на жену и сказал: - Ты излучаешь!

- Что излучаю? - испуганно спросила Надежда Юрьевна.

- Излучаешь и все!.. - Иван Федорович был растерян.

- Поясни, Ваня, - ласково попросила Надежда Юрьевна.

- Как будто в тебе работают, знаешь... сто радиостанций сразу, - пояснил Иван Федорович.

Надежда Юрьевна не нашлась, что сказать мужу.

- Феномен какой-то... - смотрел на жену Иван Федорович.

- Глупости, - наконец произнесла Надежда Юрьевна.

- Тебя надо исследовать, - сказал муж. И прибавил: - Невероятно!

Надежда Юрьевна повернулась и молча вышла из лаборатории.

В этот день Иван Федорович приехал домой рано.

Тотчас приступил к жене с расспросами: как самочувствие, есть ли улучшение, как она питается, чем, как с пуговицей. Надежда Юрьевна отвечала на вопросы мужа, показала пуговицу - тоненькую пластинку: иссосала почти всю.

- Да... - кивал при этом головой Иван Федорович. - Да...

Он столько раз повторял это "да...", что Надежда Юрьевна пришла в раздражение и спросила, к чему ведет этот допрос.