
Когда минули два года, которые Сережке нужно было отработать по распределению, по городу пополз панический слушок: доктор Гриценко собирается уезжать! Неизвестно как возникший (Сережка и не помышлял об отъезде), слух оброс деталями и подтверждениями, среди которых самой весомой причиной предполагаемого докторского бегства было отсутствие приличной квартиры. И тут вспыхнул бунт, который начали мамы, отчего он и получил название "мамский". К мамам присоединились тетушки и бабушки. Депутации и делегации оккупировали приемную председателя. Начальник почты стал опасаться, что придется выделить еще одну почтальонскую единицу - поток писем с припиской "председателю лично" грозил выйти из берегов. В общем, "мамский бунт" хоть и не приобрел размеров Медного, зато окончился полным успехом бунтовщиков, вернее бунтовщиц. После недельной осады, к которой присоединились председательская супруга и, главное, его теща, председатель сдался и клятвенно обещал очередной депутации, что, как только будет сдан новый пятиэтажный дом, он лично вручит доктору Гриценко ордер...
