А чертов кот продолжал протяжно мяукать, все настойчивей и громче, и наконец, судя по звуку, вспрыгнул на стол. Мадам Матильда прервала заклинания, чтобы его шугануть. Оскорбленный котяра взвыл автомобильной сиреной, слетел на пол, прихватив с собой что-то бьющееся... И вдруг решил поточить когти о мою ногу.
Это было уже слишком!
— Пшел, ты!..
Я резко дернул ногой, отбрасывая кота...
И рухнул спиной вперед в шуршащую пустоту.
Глава вторая
— Разобью тебя в прах! — незнакомец, в сердцах.—
Посмеются тебе — зайцы рощ!
Посередке моста сшиблись два молодца,
Зачастили дубинки, как дождь.
Словно грома удар был Робина удар:
Так ударил, что дуб задрожал!
Незнакомец, кичась: — Мне не нужен твой дар, —
Отродясь никому не должал!
Словно лома удар был чужого удар, —
Так ударил, что дол загудел!
Рассмеялся Робин: — Хочешь два за один?
Я всю жизнь раздавал, что имел!
Разошелся чужой — так и брызнула кровь!
Расщедрился Робин — дал вдвойне!
Стал гордец гордеца, молодец молодца
Молотить — что овес на гумне!
УРА ИЛИ КАРАУЛ?
Возмущенный вопль кота все еще отдавался в моих ушах, когда я рухнул на спину, сжимая в руках то, за что пытался ухватиться... Это была сломанная дубовая ветка.
Я лежал под большим деревом, сорванные моим падением листья продолжали сыпаться мне на лицо.
Отбросив ветку, я быстро сел и ошалело огляделся по сторонам.
Ни комнаты, ни мадам Матильды, ни поганого кота!