Он даже стал с любопытством наблюдать за разворачивающейся на его глазах сценой. Пёс с силой дёрнул головой в сторону и что-то красно-белое, отделившись от ноги, повисло у него в зубах. Он, не поднимая головы, сделал пару судорожных глотательных движений, и кусок мяса отправился в собачий желудок. Пёс повернул к Максу окровавленную морду и, пару секунд посмотрев ему в глаза, вернулся к трапезе. Макс бессильно наблюдал, как домашний любимец поедает его живьём. Животное упорно впивалось зубами в икроножную мышцу. Оно уже не рвало плоть, с жадностью заглатывая куски, а спокойно и методично жевало сочащееся кровью мясо прямо на кости. По прошествии десяти минут кровавого пира кость голени была практически полностью очищена от мяса. Кое-где виднелись участки, настолько обглоданные и вылизанные, что светились белизной на багровом фоне. Пару раз Максим замечал, как из того места, где мышца обрывалась чудовищной впадиной, били фонтанчики тёмной, почти чёрной крови. Она брызгала на ковёр и тут же впитывалась, словно вода в песок. В голове шумело, как в морской раковине. Макс был близок к потере сознания, с риском в него уже не вернуться.

Наполнив желудок человеческим мясом, пёс спокойно и вальяжно обошёл свою жертву по кругу, остановился возле головы, слева, и лизнул Макса в изуродованную щёку. Шершавый язык зацепил шматок кож, присохший к лицу, и тот, оторвавшись, перелетел через голову Максима, упав на пол прямо у него перед глазами. Пёс, судя по всему, не желал терять ни грамма своей добычи. Он, забыв о всякой осторожности, потянулся за лакомым кусочком. Возможно, он считал, что Макс уже мёртв. Когда морда собаки уже почти дотянулась до желанного угощения, в мозгу у Максима что-то щёлкнуло. Он резко повернул голову и с чудовищной для полумёртвого человека силой впился зубами в горло ротвейлера. Его зубы не смогли прокусить толстую шкуру собаки, но силы на то, чтобы сломать горло, хватило. Из раскрытой собачьей пасти вырвался хриплый стон, вслед за которым на пол полетела кровавая слюна. Макс сжал челюсти, как только мог. Он почувствовал, как справа у него во рту треснул зуб, и стало тепло от потёкшей крови. Чья это была кровь, Максим не знал, это было неважно, главное не разжимать челюсти, ни в коем случае. Глаза собаки помутились, ноги затряслись и подогнулись.