Он был виден из боковых иллюминатора. Так мог выглядеть любой корабль, который синхронизировал с «Дальним поиском» уровни темпоральной прецессии — ничего необычного, если не считать, что экраны радара и масс-индикатора были абсолютно чисты. Новая антенна Карлотти — огромный элллипс из ленты Мебиуса — застыла, нацелившись на корабль-призрак. А сквозь дружный хор сирен и свистящий вой генераторов Манншенна уже прорывалось, нарастая с каждой секундой, ровное басовое гудение: это набирали обороты магнитогенераторы, превращая «Дальний поиск» в огромный соленоид.

— НСТ-передатчик молчит, сэр, — негромко проговорил радист. — И Карлотти… тоже.

Суинтон разглядывал корабль в дальномерную оптику.

— Кажется, я разобрал название… «Рейнджер».

— Любопытно, — Граймс покачал головой. — Получается, это тот самый корабль, который я собирался присоединить к нашему Флоту.

— Направить на них прожектор, сэр?

— Думаю, не стоит. Если все пойдет как надо, скоро поговорим с ними, без азбуки Морзе.. Готово, мистер Рэнфрю?

— Готово, сэр.

— Ну, вот и отлично. Тогда…

Граймс замялся. Надо было отдать приказ — но обычное «Огонь!» для этой ситуации явно не подходило.

— Контакт, — подсказала Соня.

Рэнфрю склонился над дисплеем, похожим на экран радара. Там, в центре паутинной сетки, белело пятно — корабль-Призрак. Лейтенант вцепился в рукоятки приборов, словно собственными руками удерживал цель в перекрестье прицела. Один из его подчиненных монотонно вел обратный отсчет:

— Двадцать пять… пятьдесят, семьдесят пять, восемьдесят пять… девяносто, девяносто пять… шесть… семь… восемь… девять…

Наступила тишина. Двое техников возле установки переговаривались вполголоса, но Граймс не разобрал ни слова. И тут Суинтон оторвался от оптики и громко объявил:

— Он подает световые сигналы. Похоже, Морзе…