В глубине своего сердца капитан Джон Джей Шеридан был мертв, но точно так же было мертво и все человечество, так что это не имело ровным счетом никакого значения.

Он вздрогнул от звука открывающейся двери. В кратком проблеске света кто-то шагнул внутрь, и затем снова вернулась темнота. Темнота и запах. Апельсиновый цвет. Это было невозможно, но это был именно аромат цветка апельсина, точно такой же, какой источали апельсиновые деревья в саду его отца.

Но тут включился свет, и память тридцатилетней давности померкла. Перед ним стояла минбарка. Он вспомнил, что видел ее спорящей в зале Совета.

— Здравствуйте, — негромко сказала она по-английски. — Меня зовут…

— Сатаи Деленн, — закончил он за нее, внимательно ее разглядывая. Она выглядела почти что… хрупкой, но в ее глазах горел слегка затаенный огонь внутренней силы.

Казалось, она тоже изучала его.

— Я слышал, как ваше имя произносили в Совете. Вы та, которая пожелала, чтобы меня послали сюда.

— Вы говорите на нашем языке? — спросила она без удивления в голосе.

— Не только вы одна выучиваете кое-что, поверхностно из языка своего врага. Кстати, а что должно помешать мне разорвать вас на куски прямо здесь и сейчас?

— Вы можете попытаться, но у вас ничего не выйдет.

— Вы можете убить меня лишь раз. Что я теряю?

Она медленно склонила голову.

— Полагаю, у вас есть что-то, ради чего вы живете?

— Да. Есть. Надежда, что мне удастся перед своей смертью убить еще нескольких из вас, чудовищ.

Она заметно удивилась.

— Какая ненависть, — прошептала она на своем родном языке, и потом еще что-то о Валене. — Как же вы можете жить с такой ненавистью?

— Очень просто, поскольку это все, что я чувствую на протяжении десяти лет. Вы забрали у меня мою жизнь, мой дом, родителей, сестру, дочь… Вы лишали меня всего, пока не осталась одна лишь ненависть.