– Значит, оно могло вернуться? Или даже… Я сам помог ему вернуться?

Гляжу на Эйнана, ожидая ответа. Но он вдруг положил в рот трубку и умолк. Сейчас он совершенно безучастно смотрит на меня. Можно подумать, что никакого разговора вообще не было, и уже не будет. Не значит ли это, что я сказал правду, и ему нечего добавить? Но если даже так, должен же быть какой-то способ исправить сделанное?

– Мастер Эйнан…

– Человек, я действительно ошибся в тебе. Ты знаешь много, но не умеешь делать из этого выводы. Сила принесла тебе много новых качеств, но даже она была неспособна изменить твою логику.

– Может быть, вы правы. Но что мне теперь делать?

– Но ты ведь думал о том, что ты можешь сделать?

Думал, но что я думал? Пожалуй, это были не идеи, а всего лишь попытки размышлений. Я думал, чтобы с кем-то всем этим поделиться, но для чего? Чтобы, опять-таки, спихнуть на этого человека принятие решения? На Тейга, потом на Ильму… Проклятие! Но это пассивные действия, попытка убежать, а не бороться. А хотя, впрочем…

– Я думал, может быть, мне стоит стереть память. Лишиться всех этих воспоминаний. Тогда, наверное, я стал бы жить совсем иначе… Как когда-то жил. Но если оно на самом деле…

Я не заканчиваю фразу. В этот момент случилось событие, какого я не помню, чтобы оно происходило когда-нибудь раньше. Эйнан смеется, и мне странно слышать его смех. Он негромкий и звучит как-то постукивающе, скорее похоже на кашель. Но я знаю, что это смех – по его виду ошибиться просто невозможно.

Разум отказывает мне. Очевидно, я сказал что-то не так, но чтобы это заставило учителя рассмеяться… Да настолько, что он не дал мне закончить. Неужели это идея о стирании памяти? Правда, я и сам не приветствую такие идеи, но чтобы так…

– Ты хочешь забыть силу, человек?

Смеха больше нет. Эйнан смотрит на меня, и теперь в его глазах печаль. Кажется, он разочаровался в своем любимом ученике.