— И зачем это арабам, ведь уже десять лет прошло с выселения?

— Девять. Кто-то мстит, кто-то грабить ходит. Лагеря переселенцев — это вообще идеальная среда для рекрутирования недовольных жизнью. Куда угодно, от котрабандистов до террористов. Лишь бы вырваться из своей среды, да еще и окружающим доказать какой ты весь из себя орел горный. На государственном уровне ничего не делается для улучшения жизни, а земли, пригодной к обработке не так уж и много. Вся уже принадлежит кому то. А иорданская армия, практически вся, сидит на той стороне Иордана и не вмешивается. Уже недовмешивались, что целые районы сами по себе живут и свои вооруженные отряды имеют. Кстати, из наших лагерей для репатриантов тоже часто выходят либо герои, либо бандиты.

— И много таких?

— Хватает. Но все больше воруют. В сельских поселках все друг друга знают, там и двери не всегда закрывают, а вот в городах, лучше за вещичками внимательно смотреть. А за убийства у нас вешают. В прошлом году не то трех, не то четырех. Так что, большинство, старается определенных границ не переступать.

Он помолчал.

— Да, еще один момент, уже про евреев. Яд Даниэль, твой будущее место службы, это вотчина МАПАЙ. Ну, что такое ВКП(б), ты ж знаешь. Очень похоже. Всем заведует Хава Бат Цион и парочка ее соратников. Никто посторонний толком не знает, что происходит на самом деле. Они только раздают указания. Товарищи кибуца их не понимают, но выполняют. Масса работает на полях и поднятием руки на общем собрании в конце недели, утверждает решения начальства. То есть вроде демократия имеется, но ее нет. Постарайся не ссориться с ней, хотя бы в начале. Она имеет большой вес в партии и может наделать неприятностей не только тебе, но и мне.