— Рафи Орлов

Очкарик

— Дов Голани

Девчонка

— Анна Ардити.

— Расскажите-ка мне, что вы делаете.

Опять загалдели.

— Два человека в карауле на въезде, один на башне, 6 сменщиков. Остальные работают с утра до вечера. Очень выгодно, рабочая сила за кормежку.

— И все? А в роте что, никто не знает?

— Знают, прекрасно. Мы жаловались, да только отмахиваются. Никто с Хавой ссориться не хочет.

В результате вырисовывалась любопытная картина. Нахлаим, солдаты НАХАЛ, обычно приходят в кибуц группой, вместе посменно работают, отдельно от кибуцников, живут и едят отдельно, хотя и то же что кибуцники и в основном общаются между собой. С кибуцниками солдаты общаются мало, не считая получения приказов. Их стараются использовать на работе, которые не хотят делать кибуцники. Даже с местными девушками и парнями не очень то общаются, хотя нравы здесь достаточно свободные. Они чужие. Рано или поздно уйдут. Все это знают и предпочитают видеть просто рабочую силу.

В принципе, и общего у них мало. Разговоры в кибуце делятся на три группы. О сельском хозяйстве говорят очень конкретно, и постороннему мало понятно и не интересно. На втором месте перемывание костей друг другу. Кто получил больше, чем другие, кто сделал меньше, чем другие.

И, наконец, третья. Политика. Кибуц был основан группой с очень левыми взглядами. И хотя, он изрядно разросся в конце 30-х, руководство осталось прежним. Так что прием новых членов был не столько по деловым качествам, сколько по политическим взглядам. Но даже постороннему было видно, что внутри кибуцники делились на две неравные группы. Практически все начальство «поляки», работники — «румыны». Так что страсти кипели нешуточные.

Особенно мне не нравилось общее питание и воспитание детей, начиная с яслей, отдельно коммуной. Убеждение кибуцников, что в общем коллективе им будет лучше, чем с родителями, меня просто бесило. Мать и отца никто не заменит. Я то знаю, что такое жить без мужчины в семье, когда мать с утра до вечера на работе. Самостоятельность это воспитывает, что правда, то правда. Но ведь так хочется иметь самого лучшего и самого умелого, чтобы хвастаться перед окружающими. Это не говоря уж о простой ласке.