Он помолчал, глядя на меня. Я старательно изображал стойку смирно на стуле.

— Ты ведь не один приехал?

— Да, мне сказали по телефону привезти двоих.

— Пойдешь на проходную, найдешь грузовик Офера. Он отвезет вас в ашдодский порт. Там как раз разгружали твои трофейные эшелоны из Европы. Не ты один такой умный. Все, что можно подобрать военного и вообще ценного, собираем и гоним через Италию. Даже ваш Легион подключили, хотя там советские пытаются следить, чтоб у них ничего не отняли. Сами с усами, все собирают и в СССР тащат. Отберешь по списку необходимое. Все тщательно запишешь и мне на подпись. Свободен.

Прапорщики, в любой армии одинаковые. Тщательно берегущие складское добро от покушений на него. Особенно приятно для прапорщика не дать, то что положено. Имущество должно лежать на складе, тщательно пронумерованное, красивыми штабелями, чтоб любой проверяющий остался довольным. Этот был не исключение. Он смотрел на разрешение взять со склада с явным подозрением. Понять его было можно. Оно содержало что то невразумительное — дать подателю сего что он хочет для создания мобильной группы.

— Не нравится, звони полковнику, в штаб бригады. Да не бойся лишнего не возьмем, — говорил я утешительно. — Вон Юдифь все тщательно запишет и номера и количество. Прапорщик мучался, тревожить начальство не хотелось, расставаться с добром тоже.

— А ты кто такой вообще, в первый раз вижу?

— Так, в бригаде создают новую мобильную группу, для ловли проникающих из за границы, — сообщил я ему. Будем сидеть прямо в штабе и выезжать только на большой прорыв. Сам понимаешь, без большого блата на такое место не попадают. Мне не только оружие, мне и людей обещали. Могу отбирать кого хочу. Вот ты не хочешь в строй?