— Откуда такая уверенность, что американцы без иракского переворота вошли бы в Ливан? Темнишь ты что-то…
— А не пора ли тебе идти выше? Сколько можно на батальоне сидеть, хотя и таком специфическом…
— Это ты переводишь разговор на другую тему? — насмешливо спросил Рафии.
— Это я тебе намекаю, что место службы плохо влияет на твои мозги. Чему тебя учили в военном училище, кроме ура-ура? Считай, что у тебя экзамен, по результатам которого я напишу характеристику. Можешь садиться, не загораживай мне пейзаж.
Вопрос первый. Что произошло в феврале, кроме объединения Ирака и Иордании?
— Какой-то детский вопрос, — протянул он, явно ожидая подвоха. — Создание Объединенной Арабской Республики в составе Сирии и Египта, со столицей в Каире. Насер стал президентом нового государства. Собственно, создание Федерации Ирак-Иордания была ответной.
— Молодец. Сто баллов. Вопрос второй. Что происходит в Ливане?
В мае в стране началась гражданская война между Национальным фронтом, возглавляемым бывшими премьер-министрами Рашидом Караме и Абдаллахом Яфи и председателем парламента Хамаде, и сторонниками правительства. В газетах пишут про 3–3,5 тысячи только убитых. Ну, в газетах напишут, но стрельба там идет всерьез. Повстанцы завладели четвертью территории страны.
Катаиб не хочет перемен и организовал мобилизацию своих сторонников в помощь правительству. Национальный фронт требует отставки президента, отказа от «доктрины Эйзенхауэра», сохранения независимости и суверенитета Ливана, установления сотрудничества с Египтом, Сирией и другими арабскими странами, отказа от предоставления западным государствам военных баз на его территории. Египет и Сирия призывали к выступлениям против правительства в Ливане.