С некоторым запозданием до Илюхи начало доходить.

— Так ты черт?

— Пингвин, е...ть. — Далее последовала заковыристая фраза на абсолютно нецензурном диалекте.

— Погоди, я что-то не понял, что, собственно, произошло.

— Блин, столько нормальных людей вокруг, а мне дебил с килограммом золота на шее попался.

Илюха тут же шмыгнул разбитым носом и спокойно предупредил.

— Сейчас и второй рог сломаю.

— Ишь, обиделся он! Между прочим, это мне обижаться на тебя надо. Ты меня сбил, избил, рог сломал. Что, мало тебе?

— Ну так ты это, сам виноват. Чего под колеса-то полез?

— Это я-то полез?! Да я мирно шел по обочине и на звезды любовался, а тут ты!

— Ну ладно, ладно, не заводись опять, — примирительно пробасил Илюха. — Ну типа, извини.

— Извинения на хлеб не намажешь, — недовольно заметил черт и резким движением вырвал кусок своего рога из рук обидчика. — Всю мою красоту порушил... А может, у меня сегодня свидание было назначено? Кому я теперь с одним рогом нужен? Да и материальную сторону ущерба от дорожно-транспортного происшествия неплохо было бы обсудить.

— Платить не отказываюсь, а рога для мужчины, между прочим, не самое главное, — справедливо заметил Солнцевский.

— Это смотря для кого, — буркнул черт, но уже значительно более спокойным тоном. — Ладно, новые отрастут, ну а сумму я тебе попозже назову, с учетом морального ущерба, конечно, и упущенной выгоды.

Илюха заметно покривился, но спорить не стал.

— Слушай, а разве черти бывают? — робко поинтересовался бывший борец.

— Здрасьте вам, приехали. Конечно, бывают!

— Я думал, только в сказках.

— Ты чего, бывший спортсмен, что ли? Плоховато соображаешь.

— Не хами.

— Точно, спортсмен. Ну тогда ладно небось часто по мордасам получал, и соображалки сильно поубавилось.