
Тень неподвижно висела в воздухе на фоне зимнего неба.
- Ты хочешь моей смерти? - спросил Уолкер недоверчиво. - Этого ты от меня требуешь?
Призрак ничего не ответил.
- Ты знал, что случится со мной? - Уолкер вытянул руку: рассеченный каменеющий обрубок, отравленная ядом плоть.
Призрак молчал.
- Почему ты отказываешься помочь мне? - простонал Уолкер.
- Почему ты отказываешься помочь мне? - вторило эхо.
Слова были наполнены другим смыслом. Их произнес Алланон. И вдруг тень начала мерцать и исчезла. Воды Хейдисхорна вскипели, выбросив облако шипящего пара, яростно забурлили и вновь успокоились. В воздухе висел темный туман, наполненный призраками и химерами. Здесь жизнь и смерть встречались на перекрестке неразгаданных тайн.
Уолкер Бо понял, что его видение вовсе не было сном.
Затем все исчезло, и он погрузился во тьму.
Когда он вновь пришел в себя, кто-то склонился над ним. Сквозь пелену, застилавшую глаза, Уолкер различил худую фигуру в серых одеждах - узкое лицо, редкая бородка и крючковатый нос. Незнакомец склонился над ним так низко, как будто собирался взять остатки жизни, еще теплившейся в умирающем.
- Уолкер? - тихо прошептал незнакомец.
Это был Коглин.
Уолкер попытался подняться. Он тяжело дышал. В горле пересохло. Мешала рука; камень тянул его вниз, не давал встать.
- Как ты... нашел меня? - с трудом выговорил он.
- Алланон помог, - ответил Коглин. Голос его прозвучал резко, даже гневно.
Уолкер вздохнул:
- Как долго я...
- Три дня. Не знаю, почему ты еще жив. У тебя на это никаких прав.
- Никаких, - согласился Уолкер и порывисто обнял старика. От знакомого ощущения, знакомого запаха на глазах у него выступили слезы. - Я не надеюсь... Я обречен умереть... теперь уже скоро...
Коглин сжал ему руку.
- Нет, Уолкер. Не теперь, - сказал он.
Старик обхватил его и поднял на ноги. Уолкер и не подозревал, что в нем столько силы. Опираясь на Коглина, Уолкер направился к южному склону долины. Сияя золотом на востоке, вставало солнце. Небо было безоблачно, воздух застыл, ожидая появления светила.
