Тень неподвижно висела в воздухе на фоне зимнего неба.

- Ты хочешь моей смерти? - спросил Уолкер недоверчиво. - Этого ты от меня требуешь?

Призрак ничего не ответил.

- Ты знал, что случится со мной? - Уолкер вытянул руку: рассеченный каменеющий обрубок, отравленная ядом плоть.

Призрак молчал.

- Почему ты отказываешься помочь мне? - простонал Уолкер.

- Почему ты отказываешься помочь мне? - вторило эхо.

Слова были наполнены другим смыслом. Их произнес Алланон. И вдруг тень начала мерцать и исчезла. Воды Хейдисхорна вскипели, выбросив облако шипящего пара, яростно забурлили и вновь успокоились. В воздухе висел темный туман, наполненный призраками и химерами. Здесь жизнь и смерть встречались на перекрестке неразгаданных тайн.

Уолкер Бо понял, что его видение вовсе не было сном.

Затем все исчезло, и он погрузился во тьму.

Когда он вновь пришел в себя, кто-то склонился над ним. Сквозь пелену, застилавшую глаза, Уолкер различил худую фигуру в серых одеждах - узкое лицо, редкая бородка и крючковатый нос. Незнакомец склонился над ним так низко, как будто собирался взять остатки жизни, еще теплившейся в умирающем.

- Уолкер? - тихо прошептал незнакомец.

Это был Коглин.

Уолкер попытался подняться. Он тяжело дышал. В горле пересохло. Мешала рука; камень тянул его вниз, не давал встать.

- Как ты... нашел меня? - с трудом выговорил он.

- Алланон помог, - ответил Коглин. Голос его прозвучал резко, даже гневно.

Уолкер вздохнул:

- Как долго я...

- Три дня. Не знаю, почему ты еще жив. У тебя на это никаких прав.

- Никаких, - согласился Уолкер и порывисто обнял старика. От знакомого ощущения, знакомого запаха на глазах у него выступили слезы. - Я не надеюсь... Я обречен умереть... теперь уже скоро...

Коглин сжал ему руку.

- Нет, Уолкер. Не теперь, - сказал он.

Старик обхватил его и поднял на ноги. Уолкер и не подозревал, что в нем столько силы. Опираясь на Коглина, Уолкер направился к южному склону долины. Сияя золотом на востоке, вставало солнце. Небо было безоблачно, воздух застыл, ожидая появления светила.