— Юстэли, вы не сказали мне, что здесь будут жиды.

Голос ее напоминал скрип тормозящего поезда подземки, а выглядела негритянка как злобная родственница какого-нибудь пациента из клиники доктора Сеуса.

Юстэли улыбнулся ей как продавец энциклопедий и сказал:

— О, мы это обсудим в ходе заседания, мисс Баба. А вот вам приятные собеседники, мистер Юджин Рэксфорд и мисс Анджела Тенн из Союза борьбы за гражданскую независимость. — Повернувшись к нам, он добавил: — Позвольте представить вам миссис Элли Баба из Всеарабского общества мировой свободы. Очаровательная дама.

И, вновь обратившись к очаровательной даме, заключил:

— Оставляю вас в надежных руках.

С этими словами он, будто капелька ртути, выскользнул из наших объятий и оставил нас втроем.

Миссис Баба подозрительно оглядела нас. Наверное, искала признаки принадлежности к семитским народам. Потом она спросила:

— Что у вас за группировка?

— Прошу прощения? Что вы сказали?

— Какой у вас бзик? — пояснила она. — За что вы боретесь?

— Ах! Мы против границ, — ответил я. — За полную свободу передвижения, — и повернулся к Анджеле. — Или, может, за неограниченную? Как это называется?

— Вонючие идеалисты, — с горечью произнесла миссис Баба. — Все беды от вас и вам подобных. Это вы отвлекаете людей от истинно высоких задач!

— О, — сказал я. — Вот как?

— Прекрасная речь, нечего сказать, — заявила она. — А теперь возьмите нас, ВОМС. Мы — объединение людей дела, у нас есть программа. Мы способны предложить решение.

— О, вот как? — повторил я, а потом добавил: — И что же это за решение?

— Мы хотим, — свирепо возвестила Баба, — чтобы Насер и арабы вышвырнули жидов из Израиля и передали эти земли так называемым американским неграм. Уж такую-то малость они могут для нас сделать! — И она с жаром пробормотала: — Вонючие работорговцы!

— Евреи? — удивился я, невольно почувствовав любопытство.