поверят…

Или тот, что смотрел на меня, — узнал?

В гостинице я уставился в зеркало. Может, что-то не так во мне?

Но всё было как надо.

Я блондин, у меня большой рот и широкие скулы. Можно, наверное, сказать, что у меня чувственный рот, потому что он-то обычно и притягивает взгляды. Даже если я сам смотрю на себя в зеркало, вижу прежде всего рот. И женщины часто так же смотрят на меня, то есть на него, ну, как я в зеркало.

А больше и смотреть не на что. Глаза серо-зеленые, морда загорелая, как у любого космо. Ну скажи, у кого она в космосе не загорелая? У параба разве? Это парабы, твари шестирукие, не загорают от жесткого излучения…

Да, самое главное, мне двадцать два стандартных года***. Вроде уже не мальчишка, но смотрю на мир всё еще как семнадцатилетний. По крайней мере, в зеркале у меня ещё очень наивные глаза, словно бы не убивал, не имел женщин. С такими глазами и живу. И убиваю.

________________________________________________________________

* Мифическая, якобы земная птица. Только не спрашивай меня, как она на самом деле выглядит. В детстве была у меня книжка. Там сороки черно-белые, но обвешаны побрякушками натурально, как местные девицы.

** Птица, каждое перо которой окрашено сразу в несколько цветов, словно художник вытирал об нее кисточку.

***Стандартный год — 400 земных дней.

Работа у меня такая. Стрелок космической армады. Вернее, пилот-стрелок. Второй пилот и второй стрелок. Оттого и волосы отрастил.

Почему? Да потому, что стрелки подчиняются напрямую наводящему. А наводящему плевать на мою прическу.

А вот капралу совсем не плевать. Капрал подходит, смотрит сначала на выскобленную башку Дьюпа, потом на меня и долго-долго ругается на пайсаке (на стандарте ему слов не хватает).

Но он плюется и уходит, потому что капрал мне никто, и звать его никак. И мне дела нет до того, что ему мой внешний вид противен. Когда ты полгода без твёрдой земли, один такой приход — полчаса радости. А поменяют капрала, я и волосы срежу — надоели. А могу вообще побриться, как Дьюп.