Я хотел.
Проглотив последние солоноватые крошки, я пробормотал:
— Апрама-кунта-саган.
— Чего? — переспросил Дьюп.
— Четыре звездолета, — пояснил я. — Бьют одну галактику…
Ну и пересказал ему эту последнюю нашу игру в вахреж.
— Ну да, — подумав, сказал Дьюп. — Только пока вы тут кубики кидали, мы головы ломали, как бы нас эта летучая крепость на колбасу не пустила. Каждому — своё, в общем-то.
И мне стало стыдно. Даже если бы нас капитан застукал или навигатор, вряд ли я так замутился бы. Другое дело Дьюп.
В общем, больше я в вахреж не играл, сколько ни просили. Война — не игра. Другие головоломки решать надо было. А когда башка вахрежем занята, в реальности болтаешься, как курёнок.
История четвертая. "Вилы"
Проснулся — всё тело ломит. Вчера тот ещё день был. Или не вчера, а позавчера уже?
По сигналу подскочили ночью, и началось. Я ещё в туалете сидел, собственно. Там я и понял, откуда у Дьюпа такая хорошая привычка — ходить в туалет ДО того, как дадут "подъем". Он его, заразу, как чувствует! Одеваясь, я злобно размышлял: ну неужели нельзя включать сирену не в тот момент, когда экзотианцы начинают стрелять? На хрена нам тогда вообще разведка нужна?
Практически непрерывная стрельба по флуктуирующим целям — сама по себе нагрузка та ещё. А у нас — то ли перегрузило отражатель, то ли он сам "полетел": корабль просел набок, и после каждого выстрела мы из п/к (противоперегрузочные кресла) едва не взлетали. Вернее, это я едва не взлетал. Дьюп сумел развалиться так, что его не выбрасывало. Долго перераспределял вес тела, пока не понял… Ну а потом соседний отсек разгерметизировался, наш "карман" автоматически перекрыло, кондиционер сдох, и мы начали жариться заживо…