" Мы наладили обстановку, и к одиннадцати часам извольте, представит нам первые выкладки по теме. А иначе",- Беня погрозил доктору дулом огромного музейного пистолета с разрывными пулями.

В наспех расчищенной от мебели комнате Фаустов принялся собирать вывернутую из мешка машину времени. У него не было ни малейшего желания, что то делать для этих трех идиотов, но видимость создавать было необходимо. Он хорошо помнил как те двое, что покрупнее расправились с охраной его лаборатории. Тофель тогда продемонстрировал Мефису скелетную аплиакцию из охранника на стене.

Вечерело. Любомир уже заканчивал дочитывать первый том, когда Афдотья взметнулась с кресла и пронеслась по коридору к дверям. Пришел родственник, хозяин квартиры. Любомир не спеша слез с лестницы прихватив с собой на сон грядущий второй томик классики. Однако планам Любомира не суждено было сбыться. В дверях стоял Тимофей-Иесус Тапочкин. Он был весь в крови и грязи. Лицо его, правда, не носило, сколько ни будь значительных повреждений т. к. его подрихтовал спаситель, но вид все равно был ужасный. В этот момент Тапочкин одержал временную победу духа и говорил и думал исключительно от себя самого. Хмель еще не полностью покинул его и пройдя в ванну, он через полчаса уже был готов к вечерней экскурсии для своего родственника из периферии. Афдотья любезно отказалась, предвидя, что Тимофей, несколько странно смотревший на нее, потащит Любомира по борделям и пошла спать.

Не найдя однако ничего более достойного, Тапочкин решил провезти родственника по супермаркетам узкой специализации, почему то считая что тому просто необходимо все это изобилие увидеть.