Страх был как рука, сжимающая ей сердце. Пульс колотился где-то в горле; её сделалось трудно дышать. Это не был ночной кошмар; скорее, чей-то непреодолимый ужас. Он овладел её нервами, проник в мозг, так что её пришлось прижать ладони ко рту, чтобы сдержать рвущийся наружу крик.

Она должна была прекратить это. Выбравшись из-под одеяла, она увидела исходивший откуда-то тусклый свет. Без окон было слишком темно, чтобы двигаться, но в тусклом свете она различила очертания спавшего капитана.

Ворф неподвижно сидел в углу, лицо его было едва различимо. Она скорее почувствовала, чем заметила его взгляд. Ворф бесшумно двинулся к ней.

Они сошлись у самых дверей. Ворф прислонился рядом с ней, она чувствовала щекой его тёплое дыхание, когда он прошептал:

– Что случилось, советница?

Ужас бился в ней, словно второе сердце. Трой не была уверена, что начав говорить, не разразится криками. Она тряхнула головой, пытаясь сообразить, как передать ужас.

– Вы больны? – прошептал он.

Да, подумала Трой, да, я больна. Но она смогла лишь кивнуть в ответ.

– Я разбужу капитана.

Трой хотела было сказать нет, но потом кивнула. Она не хотела вмешивать капитана в свои проблемы. За дар эмпатии приходилось платить, но это могло быть что-нибудь важное. Пока Трой не узнает, откуда взялся этот ужас. она не может решить, следует ли остальным знать об этом.

Ворф склонился над капитаном. Пикард проснулся сразу же и схватил Ворфа за руку.

– Что случилось?

– Что-то с советницей Трой.

Капитан вскочил.

– Что с ней, Ворф?

– Она больна.

Трой начало трясти, как от холода. Ужас сковал её. Внезапно рядом очутился капитан.

– Советница, что с Вами?

– Я… не знаю. Страх… Дикий страх. – Она покачала головой. – Не могу. Надо остановить… Прекратить!