– Остановите войну, если сможете, но для нас уже слишком поздно.

– Я не понимаю, доктор, – сказал Пикард.

– Что Вы за целительница?

– Меня можно назвать целительницей ума, – сказала Трой.

– Тогда Вы знаете, что это за комната, – медленно кивнула доктор Зир. – Вы знаете, что наша алчность и ненависть сделали с нашими детьми.

Трой покачала головой.

– Солдаты сказали, что дети в ячейках мертвы. – Она посмотрела на Пикарда. – Мы не понимаем.

– Я думаю, уже слишком поздно, посол. Я думаю, даже если мир настанет завтра, наша раса обречена, но Вы ведь не верите этому, не так ли?

– Нет, доктор, не верю. Вы увидите, что большинство из нас никогда не оставляет надежды.

Зир чуть выпрямилась. Лицо её приняло спокойное выражение. Она пришла к какому-то решению, и это помогло ей на краткий миг обрести мир.

– Что ж, посол, позвольте мне показать Вам, почему я оставила всякую надежду. Смотрите на грехи Орианы.

– Доктор, это запрещено, – сказал один из солдат.

– Я врач, мне позволено, а они чужие. Наши законы не распространяются на них.

– Вы уверены, доктор?

– Полковник Таланни велела показать им всё. И клянуть увядшим листом, так я и сделаю.

Оба солдата, всё ещё коленопреклонённые, опустили головы и закрыли затянутыми в перчатки ладонями лица. Зир обошла их и стала вплотную к Пикарду. Ворф хотел было встать между ними, но Пикард удержал его движением руки.

– Всё в порядке, лейтенант, я верю ей.

Какой-то миг доктор Зир смотрела на него с ошеломлённым выражением на лице.

– Вы либо глупец, либо очень мудрый человек, если можете судить, кому стоит верить.

– Мы пришли, чтобы достичь мира, доктор. Доверие должно с чего-то начинаться.

– Да, – кивнула она и обратилась к Трой. – Охранник сказал, что Вы целительница. Это правда?

– Да, я целительница ума.