— Молдер! Уже четвертый час!

Молдер, естественно, никуда не побежал. Он всего лишь кивнул, не переставая копаться в той груде бумажного хлама, которая у него называлась рабочим столом. Без пиджака, с закатанными рукавами, что означало крайнюю степень занятости…

Не прерывая поисков и не оборачиваясь, он пояснил:

— Я никак не могу найти свой личный отчет!

Из этого можно, по крайней мере, сделать вывод, что отчет у него был. То есть Призрак успел изложить свои заключения на бумаге. Потом засунул куда-то — то, что называется «положил на видное место», — и…

— Ну… если бы ты убирался у себя на столе почаще, скажем, чаще чем раз в год…

— Он лежал вот на этом месте. Я тебе клянусь…

Журналы, фотографии, вырезки, записки, заметки, старые отчеты… Рыться можно бесконечно.

— Пойдем, мы опаздываем.

Молдер тоскливым взглядом обвел бумажный Эверест, вздохнул и сдался. «Это ведь не окончательные выводы, так, предварительные наброски. Раз уж ты их только что написал, то сможешь и устно изложить».

— Идем, — Скалли сунула в руки напарнику пиджак и зацокала каблучками по коридору.

К началу совещания мы, естественно, не успели.

Стойко встретили ледяной взгляд Железной Девы и тихонько пристроились с краю стола, окруженного сотрудниками следственной группы.

Докладывал Джерри Ламана.

— …итак, мы должны обратить внимание на два момента. Как смерть от поражения электротоком, что само по себе редкость, так и сложность совершения этого преступления свидетельствует о том, что оно было заранее тщательно спланировано. Ведь на самом деле существуют более простые способы убийства…

Стараешься, мальчик? Даже ерзать перестал. Хорошо поставленным голосом, обводя для убедительности аудиторию взглядом, спокойно, уверенно — приятно посмотреть. И звучит все вполне осмысленно. Надо же! Утром ты на меня особого впечатления не произвел. И когда я только научусь разбираться в людях?