— Простите, принцесса, вы в порядке?

— А что, не похоже?

— О, нет-нет, — интонация ее голоса запустила одну из дипломатических подпрограмм Ц-ЗПО, — конечно, вы выглядите великолепно… мне просто показалось, что ваши первичные цепи перегружены.

— Мои цепи в порядке.

— Придется мне проверить их работу, — Хэн взглянул на нее через спинку своего кресла, с той самой улыбкой на лице, которая одновременно очаровывала и раздражала Лею с тех пор, как они впервые встретились на Звезде Смерти, — принцесса.

— Да неужели? — Лея выпрямилась в своем кресле; хулиганский блеск в глазах супруга заставил ее оживиться. — Думаешь, ты разберешься в моих схемах?

— Дорогая, да я их знаю как свои пять пальцев, — улыбка сошла с лица Хэна, уступив место обеспокоенности. — Ц-ЗПО прав. У тебя такой вид, словно ты увидала привидение.

— Ну да, что-то в этом роде. Сон плохой приснился. Хэн засомневался.

— Я помню, каково сидеть в твоем кресле. В нем жутко неудобно, вряд ли заснешь.

— Полет долгий, — сказала Лея торопливо, может, даже слишком торопливо, — вот и задремала немного. Хэн посмотрел на нее пару секунд и пожал плечами:

— Постарайся не спать, — он развернулся и снова стал смотреть вперед — туда, где оба солнца медленно закрывали, разрастаясь, диск Татуина. — Пока мы не починим сенсоры, надо глядеть в оба за кораблями, которые тут могут летать.

Лея занялась делом, высматривая на фоне космоса движущийся силуэт какогонибудь приближающегося корабля. Она все думала о том странном сне. Он был похож на видение Силы, которое у нее было почти пять лет назад на Бакуре. Тогда призрак ее отца явился с просьбой о прощении, которого она никогда не даст. Просто не сможет дать. Но это его вина, а не ее.

Хэн поднял руку между сиденьями, указывая на угловатый силуэт, движущийся у края желтого диска Татуина. Двойные солнца полностью скрылись за планетой, и Лея заметила, что крохотный силуэт становился больше по мере их приближения. Он оставался неподвижным относительно Татуина, словно намеренно завис в тени планеты.